Вопрос о том, как человек может спастись, если «все согрешили и лишены славы Божией» (Рим. 3:23), а закон прямо провозглашает, что «возмездие за грех — смерть» (Рим. 6:23), остается центральным в христианском богословии. С чисто юридической, человеческой точки зрения этот парадокс кажется неразрешимым: закон нарушен, природа человека глубоко повреждена, а значит, наказание неизбежно. Однако современное сознание сталкивается с совершенно иным кризисом понимания спасения, уклоняясь в две опасные крайности.